Блокировку продавцов на маркетплейсах убрали из проекта Налогового код

Это касается вас напрямую. Ассоциация ведёт эту тему на уровне депутатов и министерств — вступайте, чтобы ваш случай попал в повестку.

Что произошло

Из проекта изменений в Налоговый кодекс исключили норму, которая позволяла бы приостанавливать продажи товаров через интернет-площадки для налогоплательщиков, признанных рисковыми. Об этом на заседании в Национальной палате предпринимателей «Атамекен» сообщил заместитель председателя Комитета государственных доходов Министерства финансов Ж. Нуржанов. Новость опубликовал mybuh.kz 7 октября 2026 года.

Это та самая норма, которая в сентябре вызвала резкую реакцию рынка. Обсуждение проекта шло на портале «Открытые НПА» до 25 сентября, и всё это время предприниматели пытались понять, насколько широко сформулированы основания и что произойдёт с кабинетом продавца, если он не успеет ответить налоговой вовремя.

Как должен был работать механизм

Проект вводил новую статью 89-1 Налогового кодекса — «Приостановление реализации на интернет-ресурсе и (или) интернет-площадке». Основаниями для приостановления предлагались два события: неисполнение в установленный срок уведомления об устранении нарушений налогового законодательства и неисполнение уведомления о расхождениях, выявленных по результатам камерального контроля.

Процедура была расписана по шагам. Налоговый орган выносит решение о приостановлении в течение трёх рабочих дней после окончания срока исполнения уведомления. В течение трёх рабочих дней направляет решение владельцу интернет-площадки. Площадка в течение трёх рабочих дней приостанавливает продавцу реализацию товаров. Обратная процедура была быстрее: после устранения причин налоговый орган отменяет ограничение в течение одного рабочего дня, площадка возобновляет продажи тоже в течение одного рабочего дня.

Норму планировали ввести в действие с 1 января 2027 года.

Чем обосновывали норму

Аргументация разработчиков строилась на масштабе теневой части рынка. Оборот через маркетплейсы в Казахстане превысил 2 трлн тенге, и свыше 200 млрд тенге из этого оборота пришлось на товары без документов, подтверждающих происхождение. Проблема реальная: рынок вырос быстрее, чем сложились практики документального сопровождения товара, и часть оборота действительно идёт без подтверждённой истории поставки.

Спор был не о наличии проблемы, а о выбранном инструменте. Норма делала исполнителем налогового решения коммерческую площадку. Решение принимает государственный орган, а последствия для продавца наступают на стороне маркетплейса, который в споре между продавцом и налоговой не участвует и ответственности за ошибку в данных не несёт.

Почему от нормы отказались

В КГД объяснили решение тем, что механизм выявления действительно рисковых налогоплательщиков ещё не отработан. Ведомство намерено сначала протестировать его в пилотном режиме — научиться отделять недобросовестных продавцов от добросовестных, — и только после этого возвращаться к вопросу о мерах воздействия.

Это важное признание. Основание для отключения было сформулировано не как «продавец не платит налоги», а как «продавец не исполнил уведомление в срок». Между этими формулировками большая разница. В категорию неисполнивших попадает и тот, кто сознательно уходит от налогов, и тот, кто не разобрался в требовании, и тот, кто уведомление просто не получил. Для первого отключение продаж — мера воздействия. Для второго и третьего — несоразмерный ущерб.

Отдельный вопрос — необратимость. Приостановленные продажи на маркетплейсе не восстанавливаются простым снятием ограничения. Карточка теряет позиции в выдаче, накопленный рейтинг и отзывы перестают работать на оборот, рекламные кампании приходится запускать заново, а товар на складе площадки продолжает стоить денег за хранение. Даже однодневная остановка для небольшого продавца оборачивается потерями, которые никем не компенсируются.

Позиция ассоциации

Налоговая дисциплина на маркетплейсах — часть нашей повестки, и мы не считаем, что рынку нужна зона, свободная от контроля. Товар без документов о происхождении — это нечестная конкуренция в первую очередь по отношению к тем продавцам, которые везут белый импорт, платят налоги и закладывают эти расходы в цену.

Но мера воздействия должна соответствовать нарушению и давать возможность исправиться до того, как наступят последствия. Решение КГД отложить норму и сначала отработать выявление рисковых продавцов в пилоте — правильная последовательность: сначала модель, которая умеет отличать нарушителя от не разобравшегося, потом санкция. Обратный порядок означал бы, что цену за несовершенство модели платит добросовестный бизнес.

Что мы считаем важным на следующем этапе. Первое: критерии риска должны быть известны продавцу заранее, а не раскрываться по факту срабатывания. Второе: до любого ограничения продавец должен получить уведомление по каналу, который он реально читает, и иметь внятный срок на ответ. Третье: должен существовать быстрый порядок обжалования — если решение ошибочно, снимать ограничение нужно быстрее, чем накапливается ущерб. Четвёртое: роль площадки в этой конструкции должна быть описана прозрачно, включая то, что площадка не становится стороной налогового спора.

Хронология: как решение шло

Проект изменений в Налоговый кодекс с нормой о приостановлении реализации на интернет-площадках вышел на публичное обсуждение в сентябре, срок обсуждения на портале «Открытые НПА» истекал 25 сентября. За это время тема вышла далеко за пределы профессиональных рассылок: обсуждение шло в отраслевых чатах, в деловых СМИ и в сообществах продавцов, потому что норма касалась не отдельной категории товаров, а всех, кто торгует через площадки.

Дальше вопрос обсуждался на площадке НПП «Атамекен». По итогам заседаний представители КГД сообщили, что норма исключена из проекта, а механизм выявления рисковых продавцов будет сначала отработан в пилотном режиме. Это важный прецедент: позиция рынка была услышана на стадии проекта, а не после вступления нормы в силу, когда менять что-либо значительно сложнее.

Что именно вызывало возражения

Возражения рынка сводились к трём пунктам, и все три относились к конструкции, а не к идее контроля.

Первый: несовпадение признака и цели. Обоснование строилось на товарах без документов о происхождении, а срабатывание нормы было привязано к неисполненному уведомлению. Это разные множества, и во второе попадает значительная часть добросовестных продавцов — те, кто уведомление не получил или не успел разобраться.

Второй: необратимость последствий. Процедура снятия ограничения занимала по одному рабочему дню с каждой стороны, но восстановление позиций карточки, рейтинга и рекламной статистики занимает недели. Правовая обратимость не равна экономической, и компенсационного механизма проект не предусматривал.

Третий: роль площадки. Решение принимает государственный орган, исполняет коммерческая компания, а претензии продавца адресовать некому: площадка решения не принимала, налоговый орган последствий на площадке не контролирует.

Что остаётся в силе

Отменили конкретную меру, а не контроль. Уведомления об устранении нарушений и уведомления о расхождениях по камеральному контролю работают как работали, сроки их исполнения прежние, и игнорировать их по-прежнему нельзя. Контроль за продавцами, которые активно торгуют на маркетплейсах и не исполняют налоговые обязательства, из повестки КГД не уходит — меняется только характер реакции.

Не исключена из проекта и вторая часть поправок, касающаяся маркетплейсов: площадки планируют сделать плательщиками НДС за иностранных продавцов, торгующих на территории Казахстана. Эта часть по-прежнему привязана к редакции Налогового кодекса 2027 года и на экономику трансграничной торговли повлияет напрямую.

Что делать продавцу сейчас

Пауза, которую взяло ведомство, — это время, а не отмена задачи. Пока пилот не превратился в работающую модель, у рынка есть возможность привести документы в порядок спокойно: восстановить подтверждение происхождения по партиям, проверить, что уведомления из кабинета налогоплательщика кто-то читает, и свести декларации с фактическим оборотом в кабинетах маркетплейсов. Когда риск-модель заработает, спорить с её выводами будет сложнее, чем сегодня закрыть пробелы.

Частые вопросы про ассоциацию

Кто может вступить в ассоциацию ECOMMERCE-KZ?
Любой действующий продавец на Kaspi, Wildberries, Ozon и других маркетплейсах, а также сервисные компании отрасли: логистика, фулфилмент, аналитика, контент и бухгалтерия для e-commerce.

Сколько стоит членство?
Членский взнос — 12 975 ₸. Оплатить можно банковским переводом, через Kaspi по ссылке, по счёту в Kaspi или по Kaspi QR.

Что ассоциация лоббирует перед государством?
Четыре вопроса: транзитные склады для экспорта, специальный налоговый режим для e-commerce, официальные методички КГД по НДС для маркетплейсов и карго-хаб с депозитной схемой НДС.